событий.
– Можно, я подержу боа? – спросил Дилан, широко раскрытыми глазами глядя на змею, обвившую руку отца.
– Сначала спросим разрешения у мамы.
– А может, не надо? Она все равно скажет: «В другой раз, когда ты подрастешь».
– Это ее право, – возразил Дункан. Дилан в изнеможении закатил глаза. – Так что ты скажешь, мама? – спросил Дункан, повернувшись к Кэйро.
– Мама?! – Происходящее ничуть не радовало мисс Дэвид, и Кэйро мысленно вычеркнула ее из списка будущих клиентов, а потом осмотрела боа. Переведя взгляд на отца и сына, Кэйро ответила со вздохом:
– Только будьте осторожны.
Дункан отдал сыну змею, показал, как правильно обращаться с ней, и заспешил навстречу Грэму и Фиби.
– Присмотрите за ним, ладно? До свадьбы мне надо поговорить с Кэйро. – Наконец-то, после целого дня ожиданий и тревог, Дункан, воплощение мечтаний любой женщины, направился к Кэйро и громко, прямо при всех, спросил: – Так мы все-таки женимся?
– Вы не женаты? – ахнула мисс Дэвид.
Кэйро не успела ответить: Дункан обнял ее за талию и отвел в сторону, к пальмам. Пара алых попугаев-макао смотрела на них с ветки искусственного дерева, поблескивая глазками-бусинками.
– Я так беспокоилась! – прошептала Кэйро. – Я никак не могла дозвониться до тебя…
– Там, где я был, меня никто не знал. Не спрашивай, почему я не звонил…
– Мне все равно, где ты был и почему – я просто рада, что ты приехал.
Он улыбнулся и поцеловал ее, и она с наслаждением прижалась к его груди.
– Я привез тебе свадебный подарок, – прошептал он, водя губами по ямочке за ее ухом. По телу Кэйро разбегались волны наслаждения.
– М-м-м… как чудесно… – промурлыкала она, почти не слушая его.
– Это особый подарок. – Он слегка прикусил мочку ее уха. – Уникальный. Единственный в своем роде.
– Замечательно…
Ее ухо овеял легкий вздох, последовал нежный поцелуй.
– Хочешь знать, что это за подарок?
– Конечно.
Он снова поцеловал ее.
– Посмотри на меня, – завораживающим голосом попросил он, и Кэйро открыла глаза, заглянула в голубые глаза Дункана и сразу поддалась его чарам.
– Вчера я был у адвоката.
Она нахмурилась:
– Зачем? Из-за золотого города?
– Нет, по поводу нас, Кэйро. И больше никого.
– Ты хочешь, чтобы я подписала брачный контракт?
– Слишком поздно. Мы поженились пять лет назад.
Кэйро засмеялась:
– Ты забыл – я же добилась развода!
– А вчера по моему настоянию развод признали недействительным.
Неужели она ослышалась?
– Недействительным? Разве такое возможно?
– Наш брак расторгли необоснованно, в процессе участвовала только одна сторона, вторая о нем не знала. Поэтому развод и признали недействительным.
– Значит, ты не хочешь сегодня жениться на мне? – Она огляделась. Папоротники увивали стебли орхидей, гирлянды подмигивали, напоминая египетские звезды, под которыми она впервые поцеловала Дункана и теперь хотела повторить клятвы пятилетней давности.
– Нет, мы обязательно поженимся еще раз. Но на этот раз невеста нужна мне не на одну ночь.
– Как пожелаешь. – Кэйро потянулась, чтобы поцеловать его. – А я не успела приготовить тебе подарок.
– У меня уже есть все необходимое, Кэйро, – ты и Дилан.
Дункан подхватил ее на руки и закружил.
– Ты знаешь, как я тебя люблю? – спросил он.
– Даже если в десять раз меньше, чем я тебя, этой любви хватит на целую вечность!
Последовал еще один поцелуй, женщины в баре дружно и печально вздохнули. И Кэйро тоже вздохнула, касаясь самых соблазнительных мужских губ в мире. Вскоре заиграла музыка, и Кэйро с Дунканом направились к группе туристов – потрясенных женщин и недоумевающего мужчины, к своим родным и священнику, который терпеливо ждал, чтобы вновь сочетать их узами брака.
Фиби со счастливым видом сидела на коленях мужа. Серебристые глаза Грэма светились любовью. А Дилан…
– Братья и сестры… – начал священник.
Тишину рассек душераздирающий вопль, все вздрогнули и обернулись. На лице мисс Дэвид был написан безграничный ужас. Дилан вышел из-за ее стула, держа перед собой боа-констриктора.
– Дилан! – Кэйро не удалось обратиться к сыну строго и спокойно – в конце концов, начиналась ее собственная свадьба. – Что ты натворил?
– Ну… я просто хотел проверить, можно ли испугать человека настоящей змеей так же, как резиновой…
Дункан пожал ладонь Кэйро, и ее сердце наполнилось любовью. Такой и полагается быть жизни: за одним чудесным и захватывающим приключением должно следовать другое.