выцветшим строчкам и рисункам, внимательно изучив первую и последнюю страницы. Она не обнаружила никаких записей, содержащих цифры или пропорции, ничего похожего на формулу.
Уголки ее губ разочарованно опустились, она глубоко вздохнула. Ей следовало знать, что это не будет так просто.
Она должна внимательно прочитать весь дневник, каждую его ветхую страницу. На это нужно время, а сейчас уже достаточно поздно, чтобы начинать. Ей надо взять дневник домой и, может быть, сделать фотокопию, чтобы не испортить в нем что-нибудь, а потом досконально изучить его содержание. Возможно, она не правильно поняла то, что пыталась сказать ей Мими, неверно истолковала ее слова. Джолетта сунула дневник в сумку и, выключив везде свет, покинула дом бабушки.
Порывы весеннего ветра, налетавшего со стороны озера Понтшартрен, несли с собой запахи дождя и прохлады, сметали с улиц мусор. Джолетта повесила сумку на плечо, сунула руки в карманы куртки и двинулась в направлении автомобильной стоянки, где оставила машину.
В столь поздний час улицы были пустынны. На противоположной стороне она заметила обнимавшуюся парочку. Донесшиеся до нее звуки постукивания копыт свидетельствовали о том, что экипаж с туристами проезжал по перекрестной улице. По пути Джолетте попалась группа подростков, свистящих и вопящих по-кошачьи; опьяненные пивом и свободой, они были слишком юны, чтобы не заявлять об этом. Где-то вдалеке завывала джаз-труба, наполняя ночь горестными стенаниями.
День заканчивался, жизнь в городе затихла. Джолетта пробыла в магазине дольше, чем предполагала. По мере удаления от центральных улиц квартала звуки постепенно затихали. Теперь слышен был только стук ее каблучков по неровному тротуару.
Сначала она подумала, что это эхо, но потом поняла, что шаги, которые она слышит, тяжелее ее собственных. Джолетта надеялась, что тот, кто шел за ней, свернет в боковую улицу, или зайдет в дом, или отстанет, если она прибавит шагу. Но ничего подобного не случилось. Шаги продолжали звучать, размеренно, целенаправленно и настолько связанно с ее собственными, что это могло означать только одно.
Она почти забыла о человеке, который шел за ней до магазина. Он так легко от нее отстал. К тому же Джолетта почти убедила себя в том, что это было случайностью.
Теперь стало ясно — это не так.
В горле у нее пересохло. В боку закололо от быстрой ходьбы. В голове промелькнули разные варианты действий, которые она могла бы предпринять, чтобы избежать такой ситуации, — от звонка в полицию до возвращения в дом Мими. Но теперь все это было бесполезно.
Можно предположить одно из двух: либо этому человеку нужны деньги, либо он извращенец, который получает удовольствие, запугивая женщин. Она может бросить сумку и бежать, надеясь, что он удовлетворится этим. С другой стороны, если сумка останется при ней, она может стать оружием защиты благодаря весу лежавшего в ней дневника.
Продолжая идти быстрым шагом, Джолетта обернулась. Звуки шагов позади замерли. Она заметила темную фигуру, укрывшуюся в тени одного из балконов, во множестве нависавших над тротуаром, но не смогла разглядеть ни лицо человека, ни его одежду. Его рост, кажется, совпадал с ростом типа, который преследовал ее раньше, но она не была в этом уверена.
В отчаянии девушка устремилась вперед. Шаги позади нее возобновились. Они гулко звучали между домами, то затихая, то снова грохоча в каком-то непонятном неровном ритме. Или это кровь бешено стучала у нее в висках?
Ей вспомнилось все, что она когда-либо читала о самообороне для женщин, вспомнились ее благие намерения пройти курс обучения приемам защиты или купить оружие и носить его в сумке. Теперь об этом думать поздно. Она никогда не следовала своим благим намерениям.
До автомобильной стоянки оставалось еще два квартала. Когда она доберется туда, будет совсем темно и сторож будет уже спать или покинет площадку на ночь. Если она доберется.
Джолетта почти бежала, опустив голову и глядя под ноги. Звуки шагов позади нее ускорились.
— Дорогая, наконец-то! — раздался рядом низкий мужской голос.
Джолетта испуганно вскинула голову, успев заметить лишь темные волосы и устремленный на нее пронзительный взгляд. В свежем дуновении ночного ветра чувствовался запах крахмального белья и тонкий аромат сандалового дерева хорошего лосьона. В следующее мгновение мужчина склонился к ней и обнял ее сильными руками.
— За вами гонится какой-то тип, мэм, и похоже, у него в руках нож, — быстро проговорил он тихим, но настойчивым голосом. — Я был бы рад сразиться с ним ради вас, но не уверен, что поблизости нет его дружков. Подыграйте, и, может быть, все обойдется.
Нервы Джолетты были напряжены до предела, она даже толком не понимала, что он ей говорит. Она знала только, что тут что-то не так, и тело ее покрылось покалывающими мурашками. Набрав полную грудь воздуха, Джолетта приготовилась закричать.
В этот момент мужчина еще крепче обнял ее, и его настойчивые губы заглушили готовый сорваться крик.

2

Не было никакой возможности уклониться от его страстного, пронзительного поцелуя. Джолетта ощутила, как закипает в ее жилах кровь, словно от выпитого бокала шампанского. Она сделала попытку отстраниться, и тихий звук протеста застрял у нее в горле.
В следующий момент мужчина выпрямился и замер, продолжая удерживать ее в своих объятиях. Встретившись с