участие. Должно быть, Джессика слишком долго молчала, погрузившись в свои невеселые размышления. Выдавив из себя улыбку, она поспешно сказала:
— Конечно, нет! Просто я… немного задумалась. Мне бы очень хотелось, чтобы никто из знакомых не узнал, что мы побывали на подобной вечеринке.
Кейл поставил пустую чашку на стол и снова откинулся на спинку кресла, вытянув перед собой свои длинные ноги.
— Ты имеешь в виду своих друзей для компании или родственников?
— И тех, и других.
— Н-да, я, пожалуй, тоже предпочел бы, чтобы дядя Клод никогда об этом не узнал. Бог ты мой, я даже боюсь подумать об этом! Что касается наших знакомых, то мне кажется, что никакого значения наше грехопадение иметь не будет. Люди, знаешь ли, совершали поступки и похуже, но я не знаю случая, чтобы это помешало кому-то попасть в списки богатейших людей Америки.
По его жесткому, волевому лицу скользнула улыбка, которая очень шла Кейлу, оживляя его несколько тяжеловесные черты. В следующее мгновение он подался вперед и громко хлопнул себя ладонями по коленям.
— В любом случае, нам с тобой не о чем волноваться. Мы с тобой благополучно выбрались из этой передряги, никто из нас не пострадал и — самое главное — никто нас не видел!
— Откуда ты знаешь? — насторожилась Джессика. В самом деле, почему он так уверен? Кейл тоже напрягся.
— Что ты хочешь сказать? — медленно спросил он.
Стараясь скрыть свое замешательство, Джессика взяла со стола карандаш и принялась бессмысленно вертеть его в руке.
— Я подумала о КМК, — сказала она наконец. — В конце концов, мы оказались на их территории. Что, если им захотелось… иметь на руках дополнительные козыри, прежде чем они возобновят переговоры с нами?
— Думаю, это вполне возможно. — Губы Кейла на мгновение решительно сомкнулись, но в следующую секунду он уверенно покачал головой, — Не думаю, что они способны на самом деле так поступить. Если бы Кастеляр затеял нечистую игру, он бы начал с того, что выкупил у банка нашу подкредитную закладную. Насколько я знаю, на данный момент это самое уязвимое место дядюшки Клода. С другой стороны, двенадцать миллионов долларов тоже не шутка. Не думаю, что Кастеляру это по плечу.
— Вик Гадденс ни за что не продал бы вексель постороннему человеку, не известив об этом дедушку! — с возмущением воскликнула Джессика. — Они работали вместе Бог знает сколько времени!
— Не забудь, что вот уже много лет мы не платим по этому кредиту ничего, кроме годовых процентов. Кроме того, Вик — лишь один из членов совета директоров «Креснт Нэшнл Бэнк», и не он там вертит делами. Остальные же руководители банка прекрасно осведомлены о том, что Клод Фрейзер больше не может управлять «Голубой Чайкой», и что он, возможно, никогда больше не вернется в большой бизнес. Банкиры, Джесс, слишком большие прагматики и реалисты. Может быть, Вик и уверен, что ты или я — кто-нибудь из нас — способен управлять компанией так же эффективно, как было при деде, но ему еще надо убедить в этом и остальных. Кроме того, и он может не устоять, если ему предложат достаточно выгодные условия.
— Что ж, будем молиться Богу, чтобы Кастеляр никогда об этом не узнал, — нервно сказала Джессика.
— Для этого он слишком хороший бизнесмен, — возразил Кейл. — Будь уверена, он скорее всего в курсе всех событий. К тому же я не исключаю, что у него может быть где-то запрятано такое же досье, как у дяди Клода, где все это записано.
Все сказанное не было для Джессики новостью. Кроме того, она слишком хорошо понимала, что если о снимках, сделанных таинственным фотографом, узнают в банке, то даже Вик Гадденс может всерьез засомневаться в ее способности управлять «Голубой Чайкой».
— Вот еще что приходило мне в голову в последнее время, — сказала она, решительно уходя от скользкой темы. — Как мне кажется, все неприятности «Голубой Чайки» начались со взрыва нашей шхуны, перевозившей вахтовиков. Тогда несколько человек погибло, так что, если бы не миллионные иски и не космические счета от адвокатов, мы могли бы, пожалуй, попытаться расплатиться с кредитом — по крайней мере, вернуть большую его часть, но эти незапланированные траты съедают слишком много денег. Не кажется ли тебе, что этот инцидент произошел слишком своевременно, чтобы быть случайным?
— Да, — нехотя согласился Кейл. — Я тоже не раз задумывался об этом. Но, как говорится, неприятности случаются даже с самыми хорошими людьми. Кроме того, я не стал бы очень возмущаться тем, что компания Кастеляра и «Гольфстрим Эйр» поспешили воспользоваться нашим невезением.
— Но что, если это было не просто невезение? А вернее — совсем не невезение? Что, если кому-то очень захотелось пустить нас ко дну?
— Они и так едва не потопили нас, но мы выкарабкались… — Кейл помолчал. — Нет, Джесс, все это из области детективных сериалов. Я не думаю, чтобы кто-то действительно отважился на такое — это слишком рискованно. Если только это не маньяки и не извращенцы, которым «Голубая Чайка» чем-то сильно досадила.
— Но они могли иметь что-то против деда! Кейл пожал плечами.
— На мой взгляд, это одно и то же: тронь «Голубую Чайку», и ты ранишь Клода Фрейзера.
Некоторое время оба молчали, и хотя ни Джессика, ни Кейл не произнесли ни слова, они прекрасно понимали, о чем сейчас думает другой. Безусловно, та катастрофа и была одной из самых главных причин инсульта, свалившего основателя