было и думать. В темноте, особенно вдали от окна, было очень трудно разглядеть, куда ступаешь и есть ли кто-то поблизости. Джессика могла просто не заметить протянутых к ней рук или заметить слишком поздно. Тогда ее схватят за ноги, повалят на землю, сорвут одежду и…
Нет, она не будет об этом думать. Все происходящее представлялось Джессике настолько чудовищным, что разум отказывался поверить в реальность того, что творилось вокруг.
Нет, рассудила Джессика, искать Кейла сейчас — бесполезно. Она должна сама найти выход и убраться из этого ужасного места. С ним все будет в порядке: в конце концов, он — мужчина, а не слабая женщина.
Интересно, знал ли он, чем все это кончится? Может быть, его все-таки предупредили?
Нет, не может быть! Джессика хорошо знала своего кузена и была уверена, что он и близко не подошел бы к усадьбе, если бы знал, что вечеринка превратится в оргию. Во-первых, Кейл никогда не принадлежал к тому типу мужчин, которым подобные приключения были по душе, а во-вторых, он прекрасно знал, как относится Клод Фрейзер к людям, которые не умеют держать себя в руках и идут на поводу своего любострастия. Если дед когда-нибудь узнает, что Кейл и Джессика присутствовали на подобного рода вечеринке, неприятностей не оберешься. В глазах старика сексуальная распущенность была едва ли не самым страшным грехом.
Внутренний двор! Пожалуй, это единственная возможность спастись!
Джессика помнила, что ведущая в патио застекленная дверь была где-то совсем недалеко. Сделав шаг в ту сторону, она с трудом различила в темноте светлые прямоугольные стекла, поскольку освещавшие внутренний двор светильники тоже были погашены. Быстро оглядевшись по сторонам, она нащупала бронзовую резную ручку и, повернув ее, с осторожностью открыла дверь и выскользнула из залы. Почувствовав, как легкие ее наполняются прохладным, пахнущим солью и йодом ночным воздухом, Джессика с облегчением вздохнула.
Высокие пальмы, росшие по углам прямоугольного патио, заслоняли зарево большого города, и во внутреннем дворе усадьбы было едва ли не темнее, чем в зале. Самая темная тень лежала под выступом балкона, нависающего над дальним концом патио, но Джессика была почти уверена, что, кроме нее, здесь никого нет. Во всяком случае, при ее появлении ничто не шевельнулось во тьме, и только длинные пальмовые листья потихоньку раскачивались в такт дыханию легкого ночного ветра.
Не тратя даром драгоценного времени, Джессика быстро обошла патио по периметру. Высокие стены были увиты плющом и цветущим жасмином, а в одном месте она обнаружила крошечный фонтанчик, бьющий прямо из листвы в подставленную мраморную чашу, и пару каменных скамеек рядом, но никакого выхода на улицу здесь не было. Еще одна стеклянная дверь в тени под балконом вела, по всей видимости, в противоположное крыло усадьбы, но она была надежно заперта.
Джессика оказалась в ловушке.
Она еще не успела осознать этого как следует, когда за ее спиной с негромким щелчком открылась дверь, в которую она только что вошла. Джессика резко повернулась на звук, и ей показалось, что она различила какую-то тень, которая метнулась в сторону от темнеющего на побеленной стене дверного проема. Конечно, в кромешном мраке легко было и ошибиться, но Джессика неожиданно испытала такой острый приступ страха, что почти машинально попятилась в густую тень под балконом. Упершись спиной в квадратную каменную опору, она прижалась спиной к шершавому камню и замерла, напряженно прислушиваясь.
Ничего.
А это что за звук?..
Джессика вздрогнула: ей показалось, будто она различает осторожные, крадущиеся шаги.
Прошло несколько мучительно долгих секунд. В замкнутом со всех сторон патио каждый шорох должен был раздаваться достаточно отчетливо, но Джессику окружало настороженное безмолвие. Только из залы, откуда она так своевременно бежала, доносились приглушенные расстоянием смешки, вскрики и ритмичный барабанный бой.
Дрожь пробежала по всему ее телу, а дыхание стало жарким и частым. Стиснув зубы, Джессика попыталась взять себя в руки, но справиться с овладевшим ею страхом, к которому примешивались смутные предчувствия и странное волнение, оказалось нелегко.
Как могут эти люди заниматься сексом со случайными партнерами? Что заставило этих женщин отдаться первому же мужчине, который подошел под покровом темноты? Какое безумие, какой неутолимый голод сделали это возможным? Должны же быть какие-то правила, подумала Джессика, но какие?! Или, может быть, никаких правил не существует вовсе, и в мгновение, когда в зале погас свет, гостями овладел древний первобытный инстинкт, проснувшийся под влиянием момента? Но как можно просто протянуть руку и взять того, кто тебе приглянулся, — схватить, подмять под себя и?..
Нет, Джессика не могла этого ни понять, ни принять. Пожалуй, сейчас лучше не думать об этом, тем более что в эту минуту у нее были совсем другие проблемы.
Странный шорох, который она услышала несколько секунд назад, по-прежнему не давал ей покоя. Это могла быть пальмовая ветвь, скребущая по верхнему краю стены, или птица, потревоженная в своем гнезде ее неожиданным появлением; в конце концов, это мог оказаться просто сухой лист, который протащил по каменным плитам патио сонный ночной сквозняк.
Это могло быть все что угодно.
Или ничего.
Джессика неловко переступила с ноги на ногу и подумала, что